Вместо точечной помощи психотерапевтическое поле

В конференции участвовали руководители психологических служб вузов, учёные, практикующие психологи, специалисты, занимающиеся вопросами психического здоровья. ТГУ получил приглашение на форум от Федерального ресурсного центра психологической службы в системе высшего образования РАО. Университетскую разработку, в которой используются технологии виртуальной реальности (VR), представила студентка гуманитарно-педагогического института ТГУ Светлана Пинчук из Новосибирска. Она обучается в ТГУ по направлению «Психология здоровья» на платформе онлайн-образования «Росдистант» и занимается развитием методики психологической реабилитации. Этот проект для неё особенно важен, так как Светлана – вдова погибшего участника СВО.

Уникальность подхода, который так заинтересовал представителей других вузов, в том, что он предлагает создавать единое психотерапевтическое пространство для всей семьи, а не работать точечно с одним человеком.

Как пояснила научный руководитель студентки, доцент кафедры «Педагогика и психология» ТГУ, клинический психолог Татьяна Чапала, существующая система помощи страдает разобщённостью.

– Психологи ограничены алгоритмом, – говорит она. – У них есть программа, которая жёстко прописана, и специалисты не могут от неё отступить. Вместо такого алгоритма мы предлагаем создание единого психотерапевтического пространства «семья – школа – вуз». Диагностика должна выявлять не только симптом, но и полученную человеком стигму, исключать возможную вторичную травматизацию. Наша диагностика сразу отвечает на практический вопрос: какая среда нужна этому человеку и этой семье, чтобы не закрепить стигму, а начать восстановление. Не «поставьте диагноз и направьте по протоколу», а «поймите, где семья сейчас, и создайте для неё безопасное пространство - в школе, в семье, в вузе».

На языке психологов стигма – это отрицательный ярлык, который общество навешивает на человека из-за какого-то его качества, травмы, болезни или обстоятельств. Из-за этого ярлыка окружающие начинают относиться к этому человеку как к «другому», «не такому, как все», часто с осуждением или жалостью.

– Наше исследование показало, что специальные группы «только для пострадавших» работают плохо. Многие члены семей погибших участников СВО не идут в эти группы, потому что это их выделяет, делает «особенными». Они не хотят чувствовать себя стигматизированными — то есть «теми самыми», на кого показывают пальцем или жалеют, они хотят быть как все. Среда должна быть общей, но чуткой к их состоянию, – подчёркивает Татьяна Чапала.

Используемые в методике ТГУ VR-технологии позволяют мягко, через общий контент, вывести из состояния острого горя и дать вентиляционный эффект, когда люди не замыкаются в себе и не отказываются от поддержки. Сеансы, проходящие с помощью VR-очков, снижают стресс и тревожность, помогают справиться с тяжелыми эмоциями и воспоминаниями, с потерей близких.

– За счёт применения технологий виртуальной реальности мы создаём такую среду, где семьи погибших или тех, у кого кто-то без вести пропал, начинают находиться в одном психотерапевтическом пространстве. Не отдельно мать, не отдельно ребёнок, не отдельно психолог, а все вместе, – рассказывает Татьяна Чапала. – И это даёт мощный психотерапевтический эффект. VR в нашем подходе – не процедура, а общий язык.

Исследования в области психологической реабилитации в ТГУ ведут с 2019 года. Во время пандемии COVID-19 разработчики использовали бота-психолога для поддержки медицинских работников. Затем специалисты решили использовать для воздействия на психологические процессы киберпсихологию и разработали метод психологической реабилитации с помощью технологий виртуальной реальности, который уже неоднократно доказывал свою эффективность. Проект был представлен на Всероссийской межрегиональной научно-практической конференции клинических психологов и апробирован на одном из крупнейших предприятий страны.

Работу над ним Светлана Пинчук ведёт в рамках магистерской диссертации, базой исследования выступает МАОУ СОШ №218 Новосибирска.

– Школе в психотерапевтическом пространстве принадлежит особая роль. Именно в школе дети из семей участников СВО проводят большую часть времени и именно там они могут столкнуться либо с поддержкой, либо с непониманием, – поясняет Светлана Пинчук. – Наш подход предлагает не создавать в школах «специальные группы для пострадавших», а обучать педагогов и психологов работать в логике «чувствительной среды»: без стигматизации, с опорой на просоциальную позицию детей (как говорили в президиуме РАО «субъектную позицию») с пониманием того, как стресс матери влияет на поведение и привязанность ребёнка.

После выступления на конференции в РАО Светлана Пинчук получила предложения о сотрудничестве от руководителей психологических служб Московского государственного университета, Московского государственного института международных отношений, Донецкого государственного университета.